Донецкий

Единственная на все Сталино голая женщина, как известно, стояла в сквере Павших Коммунаров (какой, однако, идейный вызов!). Это была Венера в фонтане. Она исчезла в 50-х годах, предположительно – при подготовке к празднованию 40-летия Октября. А когда появилась? Предположительно – в начале века. А откуда? Вот тут у исследователей – полный тупик. Хотя одна версия есть: голая сталинская тетка пришла с Нестеровки.

Давным-давно, когда деревья были большими, а автор «Утомленных солнцем» еще не впал в маразм, так называемого «Панфиловского путепровода» (дорожной развязки у вокзала) еще не существовало. На этом месте был объект всеобщих проклятий: два переезда, и любой из них мог оказаться непреодолимым препятствием для транспорта с поселков Октябрьский и Грабари. Торжественной процедуры подъема шлагбаума можно было ждать минут двадцать. Иногда бывали закрыты оба переезда – и тогда можно было вообще трубить полный отбой. Среди пассажиров автобусов ходила легенда о женщине, которая, стоя тут однажды в бесконечной автоочереди, вдруг начала рожать.

Карьер? Ну что ж, раньше здесь в самом деле был карьер. И брали отсюда камень, из которого выстроены многие дома окружающего непритязательнейшего поселка Жилкопа. В конце концов, докопались до родников – видимо, из системы реки Черепашиной, текущей с Рутченково. Потом, во время войны, в карьер попала бомба, подземные хляби нашли выход – и образовалось озерцо, которое по привычке назвали «Карьером». Его и сейчас так называют. Дикий пляж на одном берегу, дворец с четырьмя остроконечными башнями из сказок Гофмана – с другой. А с третьей…

Благодаря бесценному посредничеству коллеги Рамиля Замдыханова, я получил уникальную возможность совершить поездку по исторической ветке металлургического завода – непосредственно с заводской территории и до станции «Передача». Проект получился удачным, я бы сказал – превзошел ожидания. А все благодаря тому, что на всех его стадиях люди, от которых зависел успех нашего начинания, проявляли себя с самой предупредительной стороны.

С вершины террикона шахты 31 открывается хороший вид на центр Донецка. Без особых натяжек, его можно признать даже шикарным, с поправкой на наши жестковатые реалии. Прямо под ногами оказывается Мариупольская развилка, от которой ветвятся в двух направлениях Ленинский проспект и улица Кирова. В сумерках они превращаются в золотистые нити, тянущиеся прямо от вас… Не зря еще в конце 70-х один смелый ум предлагал создать на вершине террикона что-то типа советского «Макдональдса» (слова такого никто еще не знал). Идея не сработала, хотя к тому времени террикон был уже вполне пригоден для подобного. Шахта 31 уже много лет числилась официально умершей.

На краю Петровки, на микрорайоне Тихий есть ресторан «Шатры». Сейчас он тих и светел. В последнее десятилетие предыдущего века судьба его была иной. «Шатры» имели легенарную репутацию. Сюда приезжали отдыхать со всего города, хотя для остального Донецка, Петровка – это край возможного. Но как-то «Шатры» притягивали. Народ собирался все больше рисковый, правил не признающий. В том числе – правил дорожного движения. И вот в одну из ночей какой-то донецкий пассионарий, погуляв свое с товарищами, сел за руль «бумера» и отправился восвояси. И на выезде из микрорайона нарвался на пост ГАИ.

Среагировав на мою прогулку по Мушкетово, во время которой от меня ускользнуло множество деталей, посетитель сайта см2 в феврале этого года выложил в формате комментариев к этой статье полновесную историю поселка. Выложил - и исчез. Растворился в сети, как будто его и не было. Только и знаю о нем, что зовут его Михаил. Выждав некоторое время, публикую эту историю практически без изменений. Так, легкая корректура... История замечательная, в ней нет исторической фундаментальности и лингвистического блеска, но есть глубинное понимание предмета и взгляд человека, погруженного в среду.

Эта железнодорожная ветка появилась очень вскоре после того, как появился в наших краях Дж.Дж.Юз. С ней вырос город. Благодаря ей получил название отдельный донецкий поселок. Эта ветка могла бы стать одной из линий наземного донецкого метро (и когда-то использовалась для внутригородской электрички). По ней мы совершили блиц-тур с моим коллегой Срегеем Вагановым. На сей раз, он со мной был не для фотографии, а просто для компании (и это очень творческая компания, должен сказать).

Попытки найти казачьи следы на Рыковке приводят к парадоксальным результатам. Нет там этих следов. А ведь были, и сравнительно недавно. Хотя – как недавно… В общем, обитала в послевоенной Рыковке мощная тетка. Фамилия ее была Щетинина, и она многие годы заведовала парком имени Калинина (одним из старейших парков города, между прочим!). Происходила из казачьей семьи, в подтверждение имела при себе кнут, который пускала в ход, когда в парке возникала особо сложная ситуация. Ну, а так – казачий дух из Рыковки совершенно выветрился. Кстати, вместе с парком Калинина, превратившимся в пустошь.